Уважительное отношение к умершему врагу даже тому, кто убил близкого родственника, кабардинских (и не только) князей. Какая разница с поведением модерновых солдат. «Прошло немного времени и, в ответ на разгром аула Карамурзина и смерть самого князя, закубанские горцы отомстили двум черкесским лазутчикам отряда Вельяминова. Кровомстителями для двух проводников отряда – Шавгурова (Шагура) и Астемирова (Астемира) стали племянники убитого князя Карамурзина – беглые кабардинские князья Кучук Аджи-Гирей и Магомет Аше (Сухорукий) Атажукин. Сперва Магомет Атажукин подстерег Шавгурова (Шагура), когда тот выехал из своего аула и положил его на месте выстрелом из винтовки. По княжескому обычаю он снял с убитого его оружие, положил возле тела (по обычаю тело надо было выпрямить), накрыл Шагура буркой и, стреножив коня, пустил его возле. Один мирный кабардинец случайно наткнулся на убитого и поднял тревогу. Из аула выскочили жители, никого не нашли, но все поняли что это была месть за Довшокина (Давшокова) и Карамурзина... Затем Кучук Аджи-Гиреев, среди белого дня, угнал в горы табун, принадлежавший Астермиру. Астемир догадался, что Аджи-Гирею вовсе нужны не его лошади и сразу понял, зачем приезжал его кровник. С несколькими нукерами он пустился в погоню. Табун они скоро настигли и, увидев Аджи-Гирея, Астемир крикнул ему: «Ты приехал за моей жизнью, так бери же ее, если можешь»! Тогда, по старому адату, княжеские уздени (дворяне) отъехали в сторону, и оба противника понеслись друг на друга. Их одновременные выстрелы из винтовок прошли мимо цели, но выстрел Аджи-Гирея из пистолета убил Астемира наповал (Утверждение русского владычества, 1904, стр. 197-198).»