У Ибн ‘Арабӣ: «Только тот, кто потерял всё, тот, чьё созерцание свободно от любых форм, достигает Бытия в Его полноте. От «того, кто потерял всё» (ал-муфлис) не остаётся ничего: в отличие от имеющих форму богоявлений, которые соответствуют жизни (бак‌ā’) существа, это явление (тад‌жаллӣ), которое происходит за пределами форм, подразумевает умирание (фанā’) того, кому оно даруется» [12] Именно этот факт препятствует обретению видения — и это и есть истинный смысл лан тарāнӣ [13]: «второй личности» нет места рядом с божественным «Я». «Фундаментальная Божественная Реальность слишком возвышенна для созерцания ... до тех пор, пока остаётся след тварной обусловленности в глазу созерцающего» [14]. Это исчезновение созерцающего в самом совершенном созерцании имеет логичное следствие, которое, тем не менее, может показаться странным: в этом созерцании (мушāхада) — или, если назвать это настоящим именем, в этом лицезрении [Бога] (ру’йа) — нет ни радости, ни знания [15]. Действительно логичное следствие, поскольку «радость» и «знание» предполагали бы рефлексивное действие, поворот к себе же, что несовместимо с обязательным условием видения Бога. Но не будет ли это в таком случае своего рода комой, находясь в которой человек должен осознать, что ему оказана честь? Ибн ‘Арабӣ даёт ответ на этот вопрос в некоторых своих трудах: радость и знание — это плоды созерцания (мушāхада), но они не могут быть собраны, кроме как после выхода из созерцательного состояния [16]. Потому что каждому истинному созерцанию (мушāхада) — иначе это будет просто «забвение сердца» (навмат ал-к‌алб) — обязательно соответствует «свидетель» (шахӣд). Этот свидетель, который принимает доказательство видения и свидетельствует его подлинность — аллюзия на Коран (11: 17): ва-йатлӯ шāхид минху — «за которым следует свидетель [Джибриль] от Него») — является «следом, оставленным созерцанием в сердце созерцающего» [17]. Придя в сознание, подобно Мӯсе (Моисею) после богоявления (тад‌жаллӣ), которое сразило его наповал, человек наслаждается этим высшим знанием, цена которого именно безусловное повиновение смертельному великолепию богоявления. «Никто не увидит своего Господа до смерти», — сказал Пророк. Но он также сказал: «Умри до того, как ты умрёшь» [18]. И именно поэтому Ибн ‘Арабӣ, повторяя этот х‌адӣс‌, решительно писал в книге Ат-Тад‌жаллийа‌т («Богоявления»): «Требуйте видения и не бойтесь быть сражёнными наповал!» [19]. Абд ас‌-С‌амад, Умри до того, как ты умрёшь.