Идет себе, значит, Лаврентий Павлович по саду в Раю, воздух свежий, птички поют, цветочки благоухают. Идет, притирает пенсне мягкой салфеточкой, думает о высоком. Вдруг видит – на пеньке сидит какой-то мужик, кряжистый такой, с красным лицом, и видом будто мир ему не мил. Подошёл ближе, смотрит, а это Борис Ельцин сидит. Печальный, голову руками обхватил, и понятно – похмелье лютое. «Борис Николаевич, - начал Лаврентий Павлович, степенно протирая пенсне, - как же так? Еще утро, а вы уже… Загуляли снова? Неужто с вечера не вытрезвели?» Ельцин поднял голову, глаза мутные, аж испугался бедолаги. «Ох, Лаврентий Павлович, - простонал он...