Полковник Паулино Ален (1833-1868) родился в скромном поселении Исла-Валье. С 12 лет поступил на военную службу, начав свой путь в пехотном батальоне, работавшем на строительстве железной дороги. Ален много времени посвящал самообразованию, к 30 годам свободно владел французским и английским языками и считался самым образованным офицером парагвайской армии. Его блестящие способности быстро привлекли внимание самого Франсиско Солано Лопеса. Ален стал его «любимым писарем», сопровождал маршала в европейских поездках и дипломатических миссиях, включая переговоры по объединению Аргентины. К 1863 году он уже возглавлял личный кабинет Лопеса, достигнув к 1864 году звания майора. Интеллект, высокий рост и выдающаяся физическая красота — все эти качества, столь ценимые Лопесом для своего окружения, Ален воплощал в полной мере. Однако, под внешней уверенностью, по словам аргентинского военного Тельмо Лопеса, скрывался «ускользающий взгляд и постоянное выражение неуверенности». В войне Тройственного союза Ален проявил себя как храбрый и способный командир. Он участвовал во всех крупных битвах 1866 года, заслужив звание полковника и Орден Национального Заслуг за доблесть в бою 24 мая. После гибели генерала Хосе Эдувигиса Диаса, Ален принял командование гарнизоном Курупайти, а 22 августа 1867 года ему было поручено командование крепостью Умайта – самым мощным парагвайским оборонительным комплексом. В марте 1868 года Алену было приказано удерживать Умайту до завершения оборонительных работ на реке Тебикуари. Три тысячи солдат и 180 орудий должны были в полном окружении противостоять тринадцати речным боевым кораблям и превосходящим сухопутным силам союзников. В этот критический момент главнокомандующий союзной армией герцог Кашиас предложил Алену сделку (два с половиной миллиона золотых франков, сохранение звания и соответствующую должность в победившей армии). Ален написал в ответ: «Сожалею, маршал, что не могу в свою очередь предложить Вам звания и миллионы; но если Вы согласитесь передать мне свою армию, я обязуюсь, от имени Президента Республики, предложить Вам императорскую корону Бразилии». Увы, героизм не мог победить голод. 17 июня 1868 года, когда запасы иссякли, Ален предложил Лопесу эвакуировать женщин и детей, но получил уклончивый ответ. Двадцать дней спустя, в еще более отчаянных условиях – с тысячью женщин и детей, двумя тысячами больных и раненых комбатантов, имея лишь «немного вяленого мяса и дюжину быков» — Ален вновь запросил эвакуацию, предлагая прорваться через Чако. Ответ Лопеса, сопровождаемый обвинениями в предательстве, был категоричен: «Нет!». Маршал требовал сопротивляться до последнего человека. Ален считал это «абсурдным самопожертвованием». Он не мог смириться с гибелью своих людей, но и ослушаться приказа не смел. В ожидании ответа на последний запрос об эвакуации он не находил себе места, и более суток не притрагивался к пище. Двадцать третьего июля, не получив ответа и осознавая неминуемое падение крепости, «лихорадочный, исхудавший, голодный» Ален принял решение. «Предпочитаю умереть, нежели увидеть цвета союза на флагштоке крепости», – заявил он своему адъютанту и выстрелил из пистолета себе в голову. Увы, пуля лишь тяжело ранила его. В полусознании полковник повторно попытался покончить с собой, выстрелив в живот, но вновь неудачно. Он выжил, получив тяжелейшие ранения: потерял один глаз, его умственные способности и двигательная функция были необратимо повреждены. По горькой иронии судьбы в тот же вечер было получено разрешение на эвакуацию. Алена в бессознательном состоянии вынесли из крепости, и доставили в расположение ставки Лопеса - лишь для того, чтобы арестовать по обвинению в измене. По приговору печально известных «судов Сан-Фернандо», он был расстрелян 21 декабря 1868 года в возрасте 35 лет. Впоследствии в вещах покойного нашли портмоне с процарапанной надписью: «Я никогда не был предателем родины».