Мой первый подъём Кундалини я запомнил очень хорошо. Я сел медитировать. Жена была дома, в другой комнате. Никаких особых ожиданий не было. И в какой-то момент процесс подъёма начался. Нет — «начался» не совсем верное слово. Он крайне быстро, буквально полетел. Не даром это сравнивают с броском змеи — быстро, мощно, неотвратимо. Процитирую описание, с которым я полностью согласен: «Это было не мистическое блаженство, а бурный, пугающий и крайне интенсивный процесс, затрагивающий всё тело и сознание». Этот опыт дал мне две важные вещи. Первое. Я очень чётко увидел, насколько сильно отличается практика, которая затрагивает реальность, от той, что остаётся только в голове. «Опыт», полученный в собственных фантазиях, и опыт, прожитый телом и сознанием, — это принципиально разные вещи. Второе. Ментальные практики действительно работают. Для меня тогда это было важным подтверждением того, что внутренняя работа может приводить к реальным, ощутимым изменениям — если у неё есть связь с реальностью, а не только с образами в голове.