13 сентября должна была умереть Татьяна Томилина. Выбрала Россию, задолго до СВО выбрала, за что и пострадала. Татьяну Юрьевну подорвали в подъезде собственного дома. Случилось чудо. Она выжила. Саша Луговой (её помощник) не выжил. Большинство поражающих элементов принял на себя. Любил шахматы, занимался кикбоксингом. 14 сентября (на следующий день) планировал сделать предложение своей девушке. Когда Сашу клали в землю, она не скрывала ненависти ко мне. Она понимала, что не я ставил задачу на устранение, не я привел в действие СВУ, но винить кого-то было надо, я был рядом. 25 сентября — Алексей Журавко. Бывший депутат Верховной Рады. У него к туловищу крепилась одна здоровая рука. Инвалид. У нас с вами четыре конечности, а у него была одна. Представляете, как сильно тряслась вся киевская шайка от мысли об одной этой руке? У меня все конечности на месте, но против меня всего лишь ввели персональные санкции. По сути, немного чернил потратили, чтобы в 13-й пакет записать. Ну, и на «Миротворец» повесили карточку. А на него целую ракету Хаймарса потратили. Вот так боялись хохлы однорукого человека. 30 сентября был убит Алексей Катериничев. Его я почти не знал. Так, мельком виделись на совещаниях, здоровались. Много позже узнал о нём от одного, сильно мной уважаемого, сослуживца Алексея, о его подвигах. Только тогда понял, с кем ручкался, не задумываясь. А хохлы опасность Алексея для режима знали. И тоже не пожалели Хаймарс. Герой России. Посмертно. Внимательный читатель заметил, что даты — сентябрьские. Внимательный херсонец вспомнил, что погибло больше, а на кого совершались покушения — больше в десятки. Кому угрожали — десятки тысяч. Я пишу это в сентябре 2025, чтобы зафиксировать то, что случилось 3 года назад. Сегодня — 30 сентября 2025 года. Еще 3 года назад мы интересовались, кто и что делал 8 последних лет, что говорил. Не призываю выяснить, кто и что делал последние 3 года. И через год не буду хотеть этого знать. Хочу знать, что делать будем. Хочу знать сейчас, и через год, и через 10 — что будем делать? Вопрос в воздухе. Ответите как всегда — в личку или при встрече. Наиболее полно, с точки зрения национальной, языковой, цивилизационной, конфликт отражает стенка «они погибли за право быть русскими». Историю её создания могу рассказать. Как всегда, когда-нибудь.