🖤 В старом доме на окраине города уже много лет никто не жил — по крайней мере, так думали местные. Дом с заколоченными окнами пугал детей, а взрослые обходили его стороной, перешёптываясь о странных происшествиях. Раз в месяц, на рассвете, у порога чьего‑нибудь дома появлялся одинокий цветок — кроваво красная Роза.Никто не знал, откуда она берётся. Сначала люди радовались загадочному подарку, но вскоре заметили закономерность: после находки в доме случалась беда. У кого‑то пропадала любимая вещь, у кого‑то заболевал близкий, а однажды после такого цветка в доме случился пожар. Однажды маленькая Лиза, живущая по соседству с заброшенным домом, проснулась от тихого шёпота за окном. Она осторожно подошла к стеклу и сквозь занавеску увидела её — девочку лет десяти в потрёпанном белом платье. Волосы незнакомки были растрёпаны, а глаза… пустые, словно две чёрные дыры. Девочка улыбалась, и улыбка эта была неестественно широкой. В руках она держала ту самую кровавую розу. На следующее утро цветок лежал у порога Лизиного дома. Девочка не рассказала родителям — ей почему‑то казалось, что нельзя. Но той же ночью она снова увидела призрака. Девочка‑призрак стояла в конце коридора и манила Лизу за собой. Ноги сами понесли её сквозь тёмные комнаты к выходу. Они шли по траве к старому дому. Призрак остановилась у засохшего куста роз и указала на землю. Лиза присела и начала разгребать листья — под ними оказался старый медальон. Когда она открыла его, внутри оказалась фотография: та самая девочка, только живая, с ясными глазами и нежной улыбкой. А на обороте было выведено чернилами: «Анна, 1923. Любимой доченьке от мамы». В тот же миг призрак вздрогнул. Впервые за долгие годы в её пустых глазах мелькнуло что‑то человеческое — тоска и облегчение. Она протянула руку к медальону, и её фигура начала мерцать. — Спасибо, — прошептал призрак, и его голос звучал, как шелест осенних листьев. Анна исчезла, а на земле, где она стояла, расцвёл целый ковёр бледных лилий. С тех пор загадочные цветы больше не появлялись на порогах домов. Но иногда, в туманные утра, кто‑нибудь замечал, как среди травы у старого дома мерцает одинокий красный бутон— будто прощальный привет от девочки‑призрака, наконец обретшей покой…