Волшебная жизнь | Головой об реальность

Хочешь знак того, что ты спишь? Вот он: ты страдаешь. Страдание — это знак того, что ты не соприкоснулся с истиной. Страдание дается тебе, чтобы ты мог открыть глаза к истине, чтобы мог понять, что где-то здесь есть фальшь, так же как физическая боль дается тебе, чтобы ты мог понять, что где-то здесь есть болезнь или недуг. Страдание случается, когда ты наталкиваешься на реальность, когда твоя фальшь сталкивается с истиной, и тогда ты страдаешь. А иначе страдания нет. Энтони де Мелло

Видя все, что происходит в вашей повседневной жизни, вашей повседневной деятельности, — когда вы едите пирог, когда говорите, когда выходите из дому, чтобы куда-то ехать или куда-то идти, или когда гуляете один в лесу, — можете ли вы одним дыханием, единым взглядом увидеть себя таким, каков вы есть? Когда вы увидите себя таким, каков вы есть, вы поймете всю структуру человеческих стремлений, хитрости человека, его лицемерия, его исканий. Чтобы это сделать, вы должны быть абсолютно честным в отно...

Как-то раз Линьцзи спал на скамье в монастырской обители. Его учитель Хуанбо, чтобы разбудить Линьцзи, постучал по лавке. Открыв глаза, ученик лишь взглянул на учителя и снова уснул. Хуанбо решил разыскать старшего монаха и нашел его созерцающим в предназначенном для этой цели зале. Учитель приблизился к монаху и сказал: «Тот парень на скамье действительно практикует чань; а вот о каких пустяках размышляешь ты?» (притча дзен)

Процесс пробуждения выглядит так, словно речь идет о разрушении эго, но это не совсем верно. При жизни ты никогда полностью не избавишься от эго — фальшивого я, —  да это и не имеет значения. Значение имеют эмоциональные связи, которые приковывают тебя к царству сновидения — вот что удерживает нас на месте и заставляет чувствовать себя так, будто мы часть чего-то реального. Мы тянем свои энергетические щупальца из сердцевины эго, словно корни, привязывая себя к царству сновидения, а чт...

Я раньше много путешествовал и в какой-то момент вдруг понял, что, куда бы я ни направлялся, на самом деле я перемещаюсь только по одному пространству и это пространство – я сам. Чапаев и Пустота Виктор Пелевин

— Я говорю «я», потому что меня так научили, — сказал я. — Если бы меня в детстве научили говорить, например, «ква» или «гав», я бы так и делал. — Хорошо, — ответила Кая. — Остроумное и верное замечание. «Я» — это просто элемент языка. Но ты ведь действительно веришь, что в тебе есть нечто, бывшее тобой и десять, и пятнадцать лет назад? — Ну да, — сказал я, — Все течет, все изменяется. Человек — как река. Скорее процесс, чем объект, согласен. Но этот процесс и есть я. Хотя «я» — просто номинальн...

— Лично я скажу, дон Хуан, что жизнь, а не смерть, является вызовом.  — Жизнь — это процесс, с помощью которого смерть бросает нам вызов, — сказал он. — смерть — активная сила. Жизнь — это арена. И на этой арене есть только два соперника — ты и смерть.  — А я думаю, дон Хуан, что именно мы, люди, бросаем вызов, — сказал я. — Вовсе нет, — возразил он. — мы пассивны. Подумай об этом. Если мы и начинаем шевелиться, то только тогда, когда чувствуем давление смерти. Смерть задает темп нашим...

Человек может быть по-настоящему счастлив только на те мгновения, когда забывает про тело и ум, потому что эти два органа всё время производят боль двух разных сортов, соревнуясь друг с другом… Виктор Пелевин

Если внушить одну и ту же иллюзию нескольким людям – так, чтобы они разделяли её полностью, – для них она станет реальностью уже не субъективной, а объективной. Общей для всех. Это будет реальность, где они окажутся вместе. Они вступят в общение и начнут обсуждать свою коллективную галлюцинацию, укрепляя её каждой связанной с ней мыслью и сказанным про неё словом. Чем сильнее они будут убеждены в её подлинности, тем прочнее и непоколебимее сделается их новый мир. Виктор Пелевин

#FREEDUROV